Читайте также:
  • Электронная доска объявлений
  • Мебель из дерева
  • Ramen en Deuren

  • Недостижимый и достижимый идеал

    Вся киноиндустрия работает на то, чтобы красота звезд экрана выглядела сверхъестественной. Свет софитов превращает актрису в высшее существо. Ее совершенство отделяет ее от реального мира. Недоступность ее личной жизни только усиливает этот разрыв. Недосягаемая Марлен Дитрих заставляет зрителя остолбенеть, даже когда разгуливает по улицам, заходит в магазины, посещает приемы: «Если присмотреться, можно увидеть странную отрешенность в выражении ее глаз». Еще большую отчужденность демонстрирует Грета Гарбо, когда сжигает письма своих поклонников не читая и все реже появляется на публике, предпочитая образ мраморного «голливудского сфинкса». Кинодивы охраняют свой мир. Производители фильмов создают культ этих исключительных личностей, чтобы извлечь из них наибольшую выгоду.

    Все это повышает ценность советов кинозвезды о привлекательности, их постоянно печатают в кинообозрениях и журналах. Однако в этих рекомендациях нет ничего нового, они созвучны психологическим убеждениям среднего класса эпохи между двумя войнами: залог успеха — в решимости и воле. В борьбе за красоту повсеместно рекомендуется проявлять упорство: французская актриса Сесиль Сорель утверждает, что добилась стройности за счет «строгой самодисциплины»; американская актриса Биби Даниелс говорит, что необходимо регулярно доводить себя до изнеможения «гимнастикой»; американская актриса Джоан Кроуфорд приводит примеры различных упражнений, рекомендует выполнять их «постоянно» и говорит, что ей пришлось пойти на «настоящие жертвы, чтобы обрести идеальные формы». Часто повторяются и воспроизводятся три слова: «дисциплина, физкультура, диета». Вывод напрашивается сам собой: «Помните, что сегодняшняя привлекательность звезд — не данность, но результат упорного труда».

    Так появляется новая идея о преобразовании недоступного божества в доступный объект: «Звезды сделаны из того же теста, что и остальные люди», утверждалось в журнале «Ваша красота» в 1935 году, в специальной подборке материалов на тему «Фабрика звезд». В журнале Marie Claire говорилось, что знаменитости отличаются от обычных людей особой выдержкой и ничем более; здесь же пройденный звездами путь к славе представлен в карикатурном виде: «Как из ничем не примечательной женщины сделали Марлен Дитрих», «Как дурнушка превратилась в Джоан Кроуфорд», «Как Грете Гарбо удалось стать красавицей». Все они преобразились только благодаря грамотному и постоянному уходу за собой. Разве Джозеф фон Штернберг* не утверждал, что преобразил Марлен Дитрих? Впалые щеки, выщипанные брови, искусно подчеркнутые скулы и подбородок, утонченный силуэт; к моменту окончания изнурительной работы над собой актриса потеряла 15 килограммов веса: Марлен голливудского периода заставляет позабыть «примитивную» Марлен берлинского периода. Ее лицо приобрело загадочное выражение, тело стало легче, она освободилась от всего, что принадлежало прежней актрисе с безвкусной кукольной внешностью. Почему бы не последовать ее примеру? Этот неординарный вывод свидетельствует не только о том, что культ звезды сохранился, но также и том, что он трансформировал сознание людей.

    Тело знаменитых актрис выглядит гибким, отточенным в упорной работе над собой: экран демонстрирует «фантастический» и в то же время реальный «портрет». Кинодив сопровождает великая социально-эстетическая мечта: при всей недосягаемости и исключительности звезд их скромное прошлое, постоянные занятия и тренировки приближают их к простым смертным. Они похожи на тех, кто на них смотрит. Джоан Кроуфорд начинала «официанткой в кафе», Джейн Рассел «секретаршей у дантиста», Марлен Дитрих «статисткой в театре», Сьюзи Верной «машинисткой», жизненный путь каждой из этих звезд, казалось, могла повторить любая женщина. Самые недосягаемые звезды подают надежду самым «волевым» зрительницам, заставляя поверить, что обрести совершенную красоту может любой желающий, что недоступный идеал доступен и достижим. Журнал «Ваша красота» за декабрь 1935 года иллюстрирует эти рассуждения конкретным примером: здесь приводятся фотографии женщины «такой, как все», работающей машинисткой в редакции одной газеты; снимки сделаны до и после того, как женщина прошла специальный курс косметических процедур. Читатели могут убедиться, что преображение в самом деле совершилось. Макияж, прическа, одежда — все это неожиданно приблизило заурядную девушку к звездам экрана. Итак, чудесное превращение стало возможным: «Какой из всего этого вывод? Нет больше некрасивых женщин... Есть женщины неухоженные».

    Впрочем, нельзя сказать, что это новаторская идея: еще в XIX веке высказывались соображения в пользу повышения доступности красоты. Изменился способ продвижения этой идеи в массы. Особое внимание обращается на красавиц из народа: никому не известных женщин, которые преобразились исключительно благодаря собственным заслугам: прежде они ничем от других не отличались, а теперь вызывают всеобщий восторг. В XX веке демократизация красоты происходит вокруг мира кино и осмысляется в свете волюнтаристских, даже меритократических идей. Суть этого порабощающего оптимизма журнал Vogue попытался выразить в эпатирующей фразе: «Хорошенькая девушка — случайность; красивая женщина — достижение».