Парижанка, "активная" женщина

Читайте также:
  • Демонтажные работы
  • Зеркальные двери для шкафа
  • Hookers in brussels

  • Парижанка, "активная" женщина

    На одежду и силуэты начала XIX века еще более значительное влияние оказал тот факт, что женщина — как в теории, так и на практике — стала свободнее. Наглядным примером тому служит образ парижанки, ставший объектом бесчисленных дискуссий и размышлений. Этот новый персонаж был принят за образец и воспринимался как «носитель цивилизации». Парижанка умеет быть легкой, уверенной в себе, притягивать завистливые взгляды провинциалок, превращая город в ослепительную мечту. В образе парижанки символически выразилось изменение статуса столицы: превосходство столицы над провинцией больше не связывают с приближенностью к королю, престольный город не воспринимается как государево око или место скопления аристократов, теперь превосходство столицы связывают с политической инициативой и тем бурлением жизни, которое создается за счет непосредственной близости к власти. Как следствие, изменяются людские чаяния. Жюльен

    Продолжение ...

    Похвала косметике

    Задумчивый и мечтательный вид лицу можно было придать также с помощью специальных средств. К стремлению скорректировать цвет лица, сделать его светлее в обществе начала XIX века стали относиться благосклоннее, что предоставило возможности для утверждения свободы выбора. В самом деле, не должно ли «демократизированное» общество позволить каждому распоряжаться собой свободнее, чем раньше? Подобные идеи излагались главным образом в модных журналах, число которых росло в период Реставрации и Июльской монархии. Вот что говорит об этом Дельфина де Жирарден в своих очерках, публиковавшихся в газете «Пресса» (La Presse) с 1836 по 1848 год: существует красота «невольная» и «рукотворная», то есть «сотворенная обществом», созданная умело и искусно. Искусственную красоту предпочитали красоте естественной, считавшейся чересчур непосредственной и произвольной: «Лицо той женщины, которая мечтает стать красавицей, куда приятнее, чем лицо той, которая красива невольно и бездумно». Рассматривая женщин, прогуливающихся по бульварам и заглядывающих в модные лавки Парижа времен Июльской монархии, наблюдая всевозможные модные орудия обольщения, госпожа де Жирарден вынуждена признать: «Налицо прогресс в области красоты». Слово «кокетство», прежде имевшее сомнительную репутацию, реабилитировано. Отныне считается, что умение кокетничать усиливает женское обаяние, «придавая очарование красавицам, отличающимся самым суровым нравом», и «тонкий аромат» туалетам. Наконец, именно кокетство избавляет от монотонности, поскольку ему под силу «разнообразить блаженство», хотя прежде откровенное желание нравиться считалось глупостью и излишеством. В середине XIX века со страниц издания «Газета для всех» (Journal pour tous) звучит демократический призыв: работайте над собой. Отныне каждый волен менять себя по своему усмотрению: «Мы живем в свободном обществе, и это значит, что каждая женщина сама несет ответственность за свою красоту; теперь у нас нет оправдания...»

    Продолжение ...

    Внешность буржуа

    В телесной эстетике XIX века не только появилась новая характеристика женского силуэта — изгиб в спине и его словесные описания, но перестроился и сам силуэт: его очертания и соотношение между его частями. Это изменение сыграло важную роль: аристократическая модель внешнего облика была ниспровергнута. Прежде всего трансформируется модель облика мужчины: вместо выпирающего живота и откинутых назад плеч, свидетельствовавших о «благородном», высоком происхождении, в XIX веке подчеркивается мощный и ровный торс, а живот туго перетягивается поясом — именно такой силуэт ассоциируется с представлением о «буржуазности». Теперь подчеркивается не достоинство выгнутого дугой корпуса, но сила плотного, энергичного торса: меньше высокомерия, больше активности. На первый план выдвигается объемный верх туловища, символизирующий силу и производительность. В начале XIX века облик мужчины изменяется полностью, новый редингот, например, отличается от традиционного не только посадкой, но также и преобладанием прямых вертикальных линий. Объемные лацканы редингота переносят акцент на плечи. Грудь возвышается над перетянутым животом. Пояс становится обычным предметом одежды, особенно пояс «с застежкой», подчеркивающий талию и позволяющий моделировать пропорции тела, носить его рекомендуют автрры «Словаря по домоводству». Полы редингота иногда кроят раздвоенными и набивают подкладкой в форме «выпуклых полусфер», придавая им объем и жесткость, при этом в талии редингот сильно сужают: так усиливается контраст между объемами частей тела. Если редингот символизирует^зкую талию и широкий торс, то жилет становится «главной деталью гардероба», поскольку именно он позволяет создать дополнительный акцент на выступающем из-под одежды торсе: «Покажите мне жилет мужчины, и я скажу вам, кто он». Так, на знаменитом портрете Дездебана кисти Энгра приоткрытая грудь словно является источником света, распространяющегося на всю одежду, а на портрете Александра Дюма работы Девериа* за счет большого и высокого воротника плечи выглядят приподнятыми. Итак, мужской силуэт трансформировался, став неестественно округлым в торсе и сильно зауженным в талии.

    Продолжение ...

    Денди и женственность

    Образ «активной» женской красоты начала XIX века повлек за собой трансформацию мужского образа: в облике мужчины проявилась традиционно осуждавшаяся слабость. Грубость мужчины уменьшилась ровно настолько, насколько повысилась уверенность в себе женщины: он обнаруживает мягкость там, где она демонстрирует силу, проявляет нежность там, где она выказывает твердость. Что это: отказ от доминирования или смещение в сторону менее жестких моделей? Возникновение таких «размякших» форм «маскулинности» обусловлено отчасти и тем и другим.

    Продолжение ...

    Глаза и бесконечность

    Романтический созерцатель охотнее погружается в мир мыслей и сомнений: он изливает свою душу в поэзии, повествуя об «удивительных столкновениях с неожиданно открывшейся ему тайной жизнью». Чтобы испытать сильное чувство, ему необходимо следовать за порывами души, погрузиться в эмоциональную бездну. Разочаровавшись в реальности, которую не сумела изменить Революция, «сыновья века» скрываются от мира в собственных иллюзиях. Их пленяют лица «задумчивые», «меланхолические», «мечтательный взгляд», в котором отражается «весь мир». Сюда же относится ставшая более раскрепощенной улыбка: «в ней, как во взгляде, сверкает мысль».

    Продолжение ...

    «Изгиб» и слова

    В XIX веке появляются новые слова, детальнее описывающие формы тела и их очертания. Женский силуэт обретает еще одну специфическую особенность — изгиб в спине: так называют «восхитительной формы» дугу в пояснице. Само слово «cambrure» («прогиб в пояснице») было новым во французском языке, его появление свидетельствует не только о расширении словаря тела, но также и об углублении анализа тех сил, за счет которых поддерживается равновесие корпуса и сохраняется осанка: женская талия вытягивается в нижней части спины, а в пояснице изгибается, подобно аркбутану, приобретая упругость и апломб. Теперь изгиб в спине подчеркивается не платьем, но самим анатомическим строением женского тела: особым устройством мускулов и суставов бедер, создающим специфические натяжения в теле. Прогиб в пояснице должен быть заметен, поскольку «чем тоньше, чем проворнее женское тело, чем яснее выражены его изгибы, тем легче нам заключить его свои в объятия». Вот какие характеристики внешнего облика называет Александр Дюма, описывая женщину, в которую в 1820-е годы был влюблен: «упругая грудь, крутой изгиб между поясницей и бедрами и пылающий взгляд».

    Продолжение ...

    Красота «желанная» (XIX век)

    В эпоху романтизма черты лица обретают глубину; глаза и бледная кожа привлекают внимание к душе, ее непостижимости. На картинах Эжена Делакруа женский взгляд устремлен в сумрачную неизвестность, на картинах Каспара Фридриха — в бесконечность. Важнейшая характерная особенность этой эстетики бескрайних далей — внутреннее содержание.

    Продолжение ...

    Красота в эпоху романтизма

    Прежде всего в романтической эстетике происходит количественный и качественный рост критериев физического совершенства: больше внимания уделяется проявлениям внутреннего мира, его глубине; впрочем, внимание к формам и контурам тела также повышается. Представление о теле значительно обогащается, становится детализированным, пополняется новыми характеристиками и словами.

    Продолжение ...